САХАРА – ПУТЬ К СЕБЕ

Есть на планете исключительные места, где баланс ощущений и чувств восстанавливается не пьянящим адреналином, не буддистской медитацией или негой в spa отеле. Там само Его Величество Мироздание отражает человеческий разум, как в зеркале.

Уже второе столетие от цивилизованной части населения поступают жалобы на стремительно ускоряющийся бег времени. Находясь в вечном плену у этой печально необратимой и определённо враждебной субстанции, человечество умудрилось ещё более лишить себя остатков земного покоя и изобрело интенсивные коммуникации. И ничего кардинально значимого поделать не удаётся — ни тому, кто освоил курс боевой подготовки тайм-менеджмента «Как не стать жертвой нехватки пары ценных секунд», ни тому, кто владеет самым «смартовым» смартфоном. Когда даже во сне мозг бьёт тревогу, будит и ультимативно требует немедленного восстановления доступа к мобильному источнику «жутко полезной» информации, понимаешь, что просто необходимо «нажать на тормоза» и попасть в самолёт, который унесёт тебя в место предполагаемой релаксации: на горнолыжный склон, к берегу океана, в Тибет или индийские джунгли к мудрому и терпеливому гуру. В поисках внутренней гармонии все пути хороши, но не все оригинальны.

САХАРА — ВЕЛИЧАЙШАЯ ПУСТЫНЯ НА ЗЕМЛЕ. ОГРОМНАЯ И БЕЗМОЛВНАЯ, ОНА ЗАНИМАЕТ БОЛЕЕ ЧЕТВЕРТИ АФРИКАНСКОГО КОНТИНЕНТА

Здесь на площади, сопоставимой с территорией США, людей проживает чуть меньше, чем в Саратовской области — около 2 млн. человек. Климат не менее суров, чем в высокогорном Тибете, и невозмутимые кочевники — чем не монахи? Они не дадут вам пропасть в пути. Остальное выполнит пустыня: раскалённое дневное солнце довольно быстро выжжет повседневные суетные мысли, а ночное небо, равного которому нет больше нигде на земле, настроит на созерцание и долгие размышления о бесконечности вселенной и времени, кажущемся столь скоротечным в городе. В Белую пустыню, национальный парк Египта, раньше вела только древняя караванная тропа. Сейчас дороги вроде бы построены и даже нанесены на карты. Но если не ошибочно, то весьма условно. Большинство из них, не считая главной, занесено песком. Толк от навигатора тоже небольшой. А случится что с машиной — помощи ждать неоткуда. Даже если начнут искать, то вероятность положительного исхода невелика. И пешком далеко не уйти, максимум километров пятнадцать. А потом усталость, обезвоживание и…
Может кончиться и песок, и тогда начнутся лабиринты из заточенных ветром острых камней, среди которых найти проезд — задача трудновыполнимая. Часто такие попытки завершаются на каком-нибудь обрыве или около огромной дюны.
Из приятного в пути может быть небольшой оазис (в поперечнике не более ста шагов), где десяток пальм, родник и, если повезёт, полуметровой глубины лужа с зелёной мутной водой. Гидам порой буквально силком приходится доставать оттуда «купающихся» туристов.
Сотни миллионов лет назад пески Белой пустыни были дном древнего океана Тетис. Время вынесло на поверхность спресованные панцири беспозвоночных и раковины моллюсков, и теперь эту часть Сахары покрывают известняковые отложения. Песчаные бури, набирающие скорость до 50 км/час, становятся здесь пустынными «скульпторами», год за годом вытачивая удивительные фигуры.

ИЗ ОЩУЩЕНИЯ ПРЕБЫВАНИЯ В ВЕЧНОСТИ РОЖДАЕТСЯ ЖИЗНЕННАЯ ФОРМУЛА: БАЛАНС — ЭТО РИТМ!

Ненадолго удалившись в пустыню для встречи с самим собой, придётся повидаться с теми, кому эти места предназначены для пожизненного пребывания: ящерицами, змеями и скорпионами. Более приятным покажется общение с фéнеками, большеухими лисичками, которые появляются с закатом солнца. Эти пустынные воришки абсолютно непугливы, утаскивают еду и всё, что попадает в их поле зрения. Бывали случаи пропажи бумажников и паспортов, которые позже находили в расселинах скал.
Непостижимым образом осознаётся здесь, в этой чужеродной крайности, бесконечная гармония со своим домом, близкими и… даже с офисом.

ИЗ ОЩУЩЕНИЯ ПРЕБЫВАНИЯ В ВЕЧНОСТИ РОЖДАЕТСЯ ЖИЗНЕННАЯ ФОРМУЛА: БАЛАНС — ЭТО РИТМ!

Ритм шагов и биения сердца, ритм двигателя автомобиля и ритм любимой мелодии на смартфоне. В пустыне исчезают неопределённости и расплывчатости и удаётся вернуть свой, казалось, уже утраченный ритм, словно извлечь его из мира «меж звёзд и песков», который всегда существовал и всегда будет существовать.